metodika_rki

Category:

Мицуёси Нумано: «Я бы хотел родиться в эпоху Тургенева в России»

Мицуёси Нумано: «Я бы хотел родиться в эпоху Тургенева в России»

Мицуёси Нумано — профессор славистики Токийского университета, известный литературный критик, эссеист и переводчик. Он перевел на японский язык произведения Набокова, Бродского, Окуджавы, Пелевина и многих других отечественных авторов. В феврале Нумано-сан посетил конференцию «История и культура Японии», проходившую в Москве. Постоянному автору «Дискурса» и специалисту по японской литературе Павлу Соколову удалось взять интервью у Мицуёси во время его визита и побеседовать с ним о популярности русской литературы в Японии, о том, кто и зачем изучает русский в университете Токио, о японских писателях, с которыми стоит познакомиться нашим читателям и о непереводимых понятиях двух культур.

— С чего началось ваше увлечение русским языком и русской литературой?

Когда я был подростком‌, книжная культура была на довольно высоком уровне: огромное количество шедевров мировой литературы были доступны нам в недорогих карманных изданиях. Поэтому произведения практически всех русских классиков мы могли прочесть в японских переводах. Многие представители моего поколения в те годы очень любили не только нашу, но и зарубежную литературу. Конечно, тогда ориентировались на Запад и Америку. Но я был таким человеком, который не очень-то хотел присоединиться к большинству. Русская литература была для меня большим открытием. Я был очарован ею, буквально зачитывался тогда (разумеется, в японском переводе) русскими классиками: Достоевским, Толстым, Чеховым и Тургеневым. С этого всё и началось. Особенно я увлекался творчеством Достоевского, чьи произведения обладали какой-то могущественной силой, которую я не ощущал, когда читал японскую литературу. Тогда я поступил в университет и захотел узнать, как такие произведения читаются в оригинале, на русском языке. И я начал его учить. Первые годы моей учебы в университете я не хотел, чтобы русская литература стала моей профессией, потому что самую любимую вещь нельзя делать своей профессией. Я хотел оставить ее в стороне. Я думал, что буду заниматься чем-то более скучным. Я тогда старательно занимался немецким языком, тогда я также интересовался социологией, Максом Вебером. И философией. В то время я старался читать даже Маркса. На третьем курсе университета я вдруг понял, что немецкая социология и философия слишком чужие для меня. И тогда я решил: у меня не осталось ничего, кроме русской литературы, которую я искренне любил.

— А сейчас много студентов изучают русский язык и литературу? Многие ли потом работают по специальности?

Откровенно говоря, у нас ситуация не идеальная. Японии всегда нужен активный контакт с окружающим миром в силу ее географии. Поэтому очень важно изучать иностранные языки и учиться у мировой культуры. Японцы до некоторой поры очень усердно занимались иностранными языками и испытывали неподдельный интерес к зарубежным веяниям. Но в течение последних лет 20-30 прослеживается вот какая тенденция: сейчас наши молодые люди постепенно теряют интерес к окружающему миру, становясь все более замкнутыми. В том смысле, что они не проявляют какого-то оживленного энтузиазма по поводу иностранной литературы. Может быть, Япония развивалась до такой степени, когда может быть самодостаточной. Как мне кажется, зарубежная литература (и русская в том числе) теряет былое очарование для молодых людей. Раньше, хотя очень немногие занимались российской словесностью, но все-таки многие простые японцы читали произведения русских писателей в переводах. Но сейчас иностранная литература теряет былой рынок.

И эти факторы, конечно, влияют на университеты. Что касается обучения русскому языку: у нас, к сожалению, в последнее время студентов становится все меньше и меньше. И Токийский университет это также затронуло. Мы принимаем в год примерно 3000 новых студентов. Первые два года они должны пройти некоторые общие курсы. Даже те люди, которые хотят посвятить себя гуманитарным наукам, должны немного позаниматься естественными науками и так далее. И все студенты должны изучать два иностранных языка. Автоматически первым иностранным языком будет английский, и потом нужно выбрать себе какой-нибудь другой. У нас по порядку популярности: немецкий, потом французский, в последнее время испанский, китайский и так далее. Мне кажется, русский язык — пятый-шестой-седьмой. Где-то там в качестве второго языка. Из трех тысяч студентов примерно 100 человек выбирают себе русский язык. Но это в рамках общего образования в течение первых двух лет. Потом на третьем курсе каждый студент в праве выбирать себе специализированные дисциплины. И тогда те люди, которые хотят целенаправленно изучать по специальности русскую литературу, поступают на филологический факультет на третьем курсе. У нас таких людей очень мало, к сожалению. Можно сказать, три человека, четыре, иногда два, иногда просто ноль. Вот такая плачевная ситуация.

Читать полностью в источнике:

https://discours.io/articles/culture/mitsu-si-numano-ya-by-hotel-roditsya-v-epohu-turgeneva-v-rossii?read&fbclid=IwAR2K2mV6yXEfKXfBZezn1PoojFykShKBswyJ4xSJ2GocmHq72er4YKKQu2Q

#уцря #рки_страноведение #курсыркимгу #методикарки

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.